Так не играют! Через столик
В глаза так долго не глядят!
Я пью тебя, как алкоголик,
С вином мешая чёрный взгляд
И с шоколадом, тоже чёрным.
Ах, нет, молочный был, прости!
Я так боюсь казаться вздорной
И старше двадцати шести.
Ты закурил. Тебя вдыхаю.
И без касаний лишних – мой!
А где-то там не спит другая,
И слишком сладко спит другой.
На только лишь одно мгновенье,
Одно! – а больше не успеть! -
Прильну к тебе хотя бы тенью,
Хотя бы тенью мне ответь!
Я тебя соблазню,
Ты и сам не заметишь...
Скромно так улыбнусь -
Ты улыбкой ответишь.
Ничего не сказав,
Лишь пройдусь пред тобою... -
Знаю то, что глаза
Наблюдают за мною.
Мило так посмотрю,
Ветер волосы треплет...
Я тебя соблазню,
Но ты не пожалеешь!
Я к тебе подойду,
Пред тобой потанцую...
И сама не пойму -
Ты меня поцелуешь.
Я тебя соблазню
И желанья не скрою.
Стоит мне лишь моргнуть -
Побежишь ты за мною...
Я тебя соблазню,
Ты понять не успеешь.
За собой поманю,
Но ты не пожалеешь!
Я тебе улыбнусь,
Солнце как на рассвете,
Я тебя соблазню,
Ты и сам не заметишь...
Им бесполезно петь про жизнь, погубленную под копытами страсти к ним же - они от такого брезгливо сморщатся и с сожалением произнесут: да-да. Им нужно гордиться тем, что такой человек - "такой" не уровнем обожания своей Дамы, а вообще ТАКОЙ (ух-ух - еще и принадлежит им. Ещё и кинул часть себя в костёр любви. Эти женщины любят победителей - эти женщины в развивающей игре "дочки-матери" мечтают играть роль дочек при сильном любящем папе.
Те женщины любят побеждённых.
Слабых, больных, нищих духом, отвергнутых, несчастных, сирых, убогих - тех, которых хочется брать на руки и отмывать от копоти, тех, чьи слезы от веку не вытерты, тех, кто страдает каждую секунду своего тщетного бытия, тех, кого так безумно жалко, жалко, жалко, жалко. Ведь они же без Неё пропадут просто. Она только на шаг отойдет, тут же загнутся все. Её ощущение нужности держит сильнее всякого тщеславия - это такие придумали лозунг "у женщины всегда на одного ребенка больше". Те женщины любят побежденных - они в глобальных "дочках-матерях" вечные мамы, им любого героя-любовника проще всего усыновить, остальное потом.
А есть еще любящие неподходящих.
Каких угодно, только чтоб не сбылось: вечный кайф. Женатых, пьющих, голубых, зеленых, синих, в клеточку, наркоманов, импотентов, лишь бы счастье было невозможно. Первый был женат, второй был женат, третий был разведен, но парализован, у четвертого было семеро глухонемых детей-инвалидов. Стоит бросить жену, сменить ориентацию на соответствующую и предложить руку и сердце, как они страшно пугаются: ужас-ужас. Они не умеют, чтоб сбылось. Им в дочки-матери сложно играть, им проще в казаки-разбойники - пока один бежит, второй догоняет. И наоборот.
А есть любящие себя
И выбирающие партнера, чтоб слиться с ним в этом важном чувстве, и долго и счастливо вдвоем любить Её.
А есть душечки - какого угодно, лишь бы своего, вареньем обмажут и всячески удобрят. Пусть ему будет хорошо, красивому. Тогда и ей будет хорошо, любящей.
А есть мымры. Этим все равно, кому мстить за бездарно прожитые годы.
А есть стервы. Им просто нравится, когда всем с ними плохо.
А есть жадины. Эти будут водить за нос пятерых любовников и троих мужей, лишь бы ни от кого не отказываться - а вдруг пригодится?
А есть вредины. Они будут кусаться и царапаться, скрывая в ранимой душе горячие осколки раздавленного детства.
А есть пусечки. Они могут все и умеют все - когда хотят, пока хотят и если хотят. Потом им надоедает.
Есть разные сочетаниятех и этих. Вредин с жадинами, мымр с пусечками, дочек с душечками. Лучше же всего - универсалки. Те, которые в одном любят победителя, другого пытаются усыновить, с третьим строят сложные и безнадежные отношения, к четвертому бегают, чтобы он им стирал колготки, с пятым спят, с шестым тоже спят, ибо это - совсем разные вещи, дорогой - а к седьмому приходят излить душу. Просто поплакать в жилетку, и рассказать, какие же все подруги сволочи, насколько же все мужики козлы, в какой же степени все женщины змеи и как же плохо всё, абсолютно всё.
А он, седьмой, будет спокойно заваривать им чай, размешивать ложечкой сахар в стакане, гладить по голове и думать, какое же счастье, что он, слава Всевышнему, гомосексуалист.
Женщина должна быть загадкой:
Маленькой, миленькой, сладкой.
Кокетничать, строить глазки,
Верить во всякие сказки.
Оставаться святой и грешной,
Быть красивой душой и внешне.
Обаятельным, хитрым бесенком,
Нежным, мягким пушистым котенком.
Шалуньей веселой, игривой,
Любить и всегда быть любимой.
Влюбленной безумно и страстно,
Ласковой, робкой и властной,
Сквозь слезы уметь смеяться
И никогда не сдаваться.....
Общенье через интернет...
Игрушка. Прихоть. Вне реала.
Мы были осторожны? Нет.
Нас даже мысль не посещала,
Что скоро день придет когда
Нам друг без друга будет трудно.
Нам было весело? О, да!
Все было превосходно, чудно.
Мы незаметно перешли
Ту грань, что разделяет души...
Мы словно бы с ума сошли
Негласный этикет нарушив.
Все начиналось как игра
И все закончится так больно!
Недавно поняла: пора
Уже все завершать, довольно!
Легко сказать...Но тяжело,
Немыслимо забыть об этом.
Ведь может, времени назло,
Все вспыхнуть недожитым светом.
Мы совпадаем до структур
И вместе никогда не будем!
Любовь, безумье...или дурь?
Забудем или не забудем?
***
На ушко шепчу непристойные глупости,
Как будто в бокал наливаю вина,
Ослабшие ножки, как отблески юности,
Истома по телу - желанья волна.
Ты платье снимаешь сама – не торопишься,
И дразнишь умело меня не спеша,
На белой постели ты - в страсти утопишься, -
На крыльях любви вознесется душа.
Играешься нежно моим повелителем,
О всех предрассудках на миг позабыв,
Ты станешь пылающих чувств укротителем, -
На волю из клетки орла отпустив.
Уткнешься в плечо ты немного растерянно,
Горит - полыхает телесный пожар,
Бушует вулкан - управленье потеряно,
Срываешься в пропасть из огненных скал.
У входа застыл я опять нерешительно,
Целую я ножек прелестный загар, -
И тянется время беспечно - мучительно,
Как сладкий магнит, забродивший нектар.
Невинные рук музыкальных движения,
Пьянящая музыка льется без слов,
По горной реке я плыву по течению, -
На рифах любви я разбиться готов.
И плоть полыхает до дна возбужденная,
И вишенка сладкая млеет в соку,
Рождается музыка тела бездонная, -
И сладости волны по телу текут.
Душа захмелела, в шампанском купается,
Как мало для счастья нам надо порой, -
Увидеть, как в рай воротА открываюся
И насладиться волшебной игрой.
