Хранитель С Ч А С Т Ь Я
Плачешь? Не надо. Так ни фига не легче. Больно? Я знаю, девочка, се ля ви. Это пока не кровь, а всего лишь кетчуп, к слову сказать, замешанный на крови. Это пока тихонечко, понарошку, не на износ, а первая проба сил: сжатие, растяжение – стерпишь, крошка? А на излом? А вдоль боковой оси? От недосыпа сносит в безумный штопор, где-то звенит будильник – пора вставать. Кто бы еще дыру в голове заштопал, чтобы по центру: «Warning! Не кантовать!»? Что у тебя в наушниках? Smashing Pumpkins? Кто у тебя на сердце? Не злись, молчу. Милая, ты же так задираешь планку, что никому на свете не по плечу, ты же по венам гонишь все двести сорок, незаземленный провод внутри дрожит… Город вокруг – размытый и невесомый – тщится июнь по-быстрому пережить, горбится под ладонью кольцо бульваров, жмурит глаза высотка, звенит трамвай.
Хочется счастья? Вон же его – навалом, только тебе нездешнего подавай: чтобы такого наглого, цветом в просинь, выйти во дворик и на весь мир орать. Кстати, скажи, кого ты ночами просишь то отпустить, то руки не убирать? В мякоть подушки – выкрик голодной чайки, зубы покрепче стиснуть, иначе – взрыв. Ваша любовь – немыслимая случайность, ты это даже сможешь понять, остыв… Или не сможешь. Пятая, сто вторая – грабли все те же, очень похожи лбы.
Кто я? Смешной хранитель, рисунок с краю шустрой, дурной, плаксивой твоей судьбы.
Будет еще темнее и больше в минус, будет, возможно, лучше – вопрос кому. Я по любому сразу на помощь кинусь, хоть на войну, хоть в облако, хоть в волну. Я не смогу судьбу разобрать на части, ни переделать, ни облегчить пути…
Просто добавлю сверху немного счастья, чтобы тебе хватило на перейти.
Между тем, что я думаю.......
"Между
тем, что я думаю,
тем, что я хочу сказать,
тем, что я как мне кажется, говорю,
тем, что я говорю,
и тем, что вы хотите услышать,
тем, что как вам кажется, вы слышите,
тем, что вы слышите,
тем, что вы хотите понять,
тем, что вы понимаете,
стоит десять вариантов возникновения
непонимания.
Но всё-таки давайте попробуем ..."
Пред судьбой преклоняю колени,
Быть учителем- это прекрасно!
Все пройдет, не изведает тленья
Лишь любовь, над которой не властны
Ни года, ни беда, ни обида,
Все до времени скрыто, но верится,
У учителя только для вида
Разделилось на четверти сердце.
Входит в класс не ценитель покоя,
Не заученных правил хранитель...
Только сердце, пылая любовью,
Может выстрадать званье-УЧИТЕЛЬ!
Жизнь коротка, и надо уметь. Надо уметь уходить с плохого фильма. Бросать плохую книгу, уходить от плохого человека – их много, дело не идущее бросать, от посредственности уходить, их много. Время дороже. Лучше поспать, поесть, посмотреть на ребёнка, на огонь, на женщину, на воду. Музыка стала врагом человека - навязывается, лезет в уши - через стены, через потолок. Удары синтезаторов: низкие бьют в грудь, высокие зудят под пломбами. Со спектакля тоже не уйдёшь. Шикают, одёргивают, ставят подножку, сидишь до конца. Компьютер прилипчив, светится как привидение, зазывает как восточный базар. И только книга деликатна: снял с полки полистал, поставил. В ней нет наглости, она не лезет в тебя без спроса, стоит, ждёт, когда возьмут в тёплые руки, и она раскроется. Если бы с людьми так. Нас много, всех не полистаешь, даже одного, даже своего, даже себя. Жизнь коротка, что-то откроется само. Для чего-то установишь правила, на остальное нет времени. Закон один: уходить, бросать, захлопывать или не открывать, чтобы не отдать этому миг, назначенный для другого.
